Главная  Контакты  
Table of contents
Часть 1
Часть 2
Часть 3
Часть 4
Часть 5
Часть 6
Часть 7
Часть 8
Часть 9
Часть 10
Часть 11
Часть 12
Часть 13
Часть 14
Часть 15
Часть 16
Часть 17
Часть 18
Часть 19
Часть 20
Часть 21
Часть 22
Часть 23
Часть 24
Часть 25
Часть 26
Часть 27
Часть 28
Часть 29

Получив от него два отказа, я пошел по самому простому пути. Один из наших рабочих, Миша, был мастером на все руки. На вопрос, сколько времени нужно, чтобы это окно превратить в обычную дверь, он ответил: "Часа два". В воскресенье все было сделано. 

Блаженствовали мы дня два. А потом разразилась буря. Виктор Алексеевич некоторое время даже не заходил к нам в хирургию. Я рассчитывал, что в конце концов он хотя быпризнает свою ошибку. Но этого не произошло. Ни тогда, ни позже. 

Как-то мы случайно встретились во дворе больницы. Увидев, что я смотрю на повязку на его пальце, он сказал: 

-До сих пор не заживает. - - Сколько же времени? 

-Да уже больше четырех месяцев. 

-Давайте я посмотрю... 

Мы прошли в перевязочную. Язва выглядела плохо. 

-Виктор Алексеевич, прошу вас, поезжайте в онкологическую и сделайте соскоб. 

К этому разговору мы возвращались неоднократно, но наш главный не спешил. Он знал, что рентгеновские язвы нередко трансформируются в рак, и оттягивал неприятное сообщение. Слова "рак" и "неприятное" сочетаются с трудом. Но для кожных раков такого происхождения и локализации у пожилых людей это наиболее точное определение: они медленно растут, не прогрессируют и не дают метастазов. 

Диагноз после соскоба подтвердился, и после ряда дополнительных консультаций было решено палец удалить. Виктор Алексеевич просил меня сделать операцию, чтобы никуда не ездить: "А здесь и стены помогают". Мы вместе наметили план операции. Выдержал он ее мужественно. Местная анестезия была полной. 

На следующий день я заехал к нему домой. Чувствовал он себя хорошо. Температура нормальная. Правда, жена его Вера Алексеевна в глаза мне не смотрела. Тогда я не придал значения этому важному симптому, о чем вскоре пожалел. Виктор Алексеевич позвонил в клинику и сказал, что все идет отлично и навещать его не нужно, а еще через день Вера Алексеевна просила срочно приехать. 

Застал я больного не в лучшем виде. Температура для него была высоковатой - тридцать семь и четыре, Разбинтовав руку, я пришел в ужас. Такого раннего и бурного нагноения мне давно не приходилось видеть. Кисть и нижняя треть предплечья были раздуты. Пальцы полусогнуты, скрючены и отечны. У основания ампутированного пальца - покраснение и зыбление. В глубине скопился гной. 

Что же приключилось? Вопреки данному слову не развязывать руку, в первую же ночь, когда начались обычные послеоперационные, а точнее, послеампутационные боли, Виктор Алексеевич снял повязку и, предполагая, что в ране скопилась кровь, распустил один шов и осторожно раздвинул края раны. Домашние инструменты, по его словам, он "самым тщательным образом простерилизовал". На мой вопрос: "Точнее?" - он ответил, что прокалил на свечке и смазал йодом. Крови в ране не было. Он опять наложил повязку и строго наказал жене ни слова не говорить мне. Но Вера Алексеевна вовремя забила тревогу. 


Страница 7 из 8:  Назад   1   2   3   4   5   6  [7]  8   Вперед